?

Log in

No account? Create an account

Previous 10

Nov. 5th, 2013

[sticky post] Верхний пост

Все размещенные ниже тексты являются интеллектуальной собственностью ©Ирмы Витт. Любое копирование, в том числе частичное и рерайт, запрещено. Нарушение авторских прав контролируется и преследуется по закону.
Роман "Точка Ноль" можно купить на www.ozon.ru и в книжном магазине "Библио-Глобус".

Jun. 14th, 2017

Катька

Несмотря на огромное количество итальянских друзей и знакомых, своим он здесь так и не стал. Таково было внутренне ощущение. И дело даже не в том, что обладая идеальным музыкальным слухом и способностью к овладению языками, он все-таки сохранил еле уловимый акцент чужестранца, дело скорее в том, что вся его прошлая жизнь в Питере не могла не наложить определенный или, вернее, неопределенный отпечаток на лицо – своеобразный оттиск, ледяной отблеск льдин зимней Невы во взгляде серых глаз, льдин, не тающих даже в самый жаркий калабрийский полдень.
Через пару дней настанет очередной день рождения. Уже забронирован зал в старинной траттории с прекрасным патио и морской панорамой. Приглашено 35 человек, почти все местные, итальянцы, но главное – он все-таки решился и отправил приглашение Катьке… И сейчас, потянувшись в кровати, он был счастлив, он был абсолютно влюблен в это майское утро. Ах, эти неспешные, наполненные кофейными ароматами утренние часы в маленьком приморском городке: блики солнца на терракотовой плитке террасы, скрип подъездной двери и нежный звонок уезжающего почтового велосипеда, а значит, уже можно спуститься вниз за свежей прессой, пока гейзерная кофеварка с тихим ворчанием греется на конфорке, и заодно прямо в домашней одежде свернуть за угол и купить еще теплые круассаны с заварным кремом внутри. Он никогда не ел сладостей в Питере, здесь же пристрастился ко всему богатейшему ассортименту dolce, к этим, возможно, даже избыточно сладким пирожным – глюкоза бежит по сосудам, и сердце стучит быстро и глухо, как сквозь толщу сахарной ваты.
Read more...Collapse )

Mar. 27th, 2017

Ночной волк (постмодернистское*)

*Текст содержит описание социофобной панической атаки и последовавшего после нее состояния измененного «чистого» сознания

Случаются дни, когда вечный город Рим бывает редкостным лгуном, обещая солнечным закатом томную душную майскую ночь, но после захода солнца сыпет колкой влажной пылью. Это еще не дождь, и, казалось бы, ничто не мешает прогулке, наоборот, будто легче стало дышать, но через полчаса ты уже чувствуешь себя насквозь продрогшим, а прогретый за день воздух совсем не сушит одежду и волосы, земля остывает, ветер треплет ветки и провода, подчеркивая зябкую сущность небогатой природы вокруг. И даже пальмы на Via Nomentana кажутся нелепой насмешкой над ожиданиями северного человека, пришедшего в город в надежде обогреть бренную свою оболочку.
Read more...Collapse )

Jun. 1st, 2016

Внезапный гость

Они были уже в таких возрастах, что трудно было понять, кто из них кто. Мать была значительно полнее, ниже ростом, но лицо ее казалось розовым и гладким, и серые прожилки прятались в русой косе, в то время как в черных волосах худой высокой дочери бросались в глаза пепельные пряди. «Ты, Женя, седеть уж начала, в отца, небось, пошла» – вздыхала мать. Отца дочь и не видала ни разу. Всему виной была, конечно же, бабка. Темная история случилась в 40-м году – ранний брак, мужа – на фронт, он – неизвестным солдатом погиб. Впопыхах переездов бабкин паспорт был утерян, восстановили его уже без печати о браке. Вышла замуж в 1948, и все бы жить и радоваться, дочь народившуюся воспитывать, да объявился первый муж на одной ноге, и оказалась бабка нежданно двоемужницей. Городок маленький, разбираться толком не стали, сплетни пошли, кудрявые и замысловатые, да так, что и на базар не пойдешь – засмеют, в краску вгонят. Мужья за жену в дальний овраг драться ходили, да, в итоге, распили пол-литра за победу. Read more...Collapse )

Oct. 8th, 2015

Зеркало лета

Уже который год я чувствую, как лето проходит мимо меня. Оно стремительно утекает сквозь пальцы и падает оземь, разбиваясь на миллиарды хрустальных осколков. Оно убегает вдаль через пшеничные поля, и золотистые колоски почти не гнутся под его легкими ногами. Оно кружится вокруг хороводом на праздник солнцестояния, жарким июльским ветром обдувает тело, льется прозрачными холодными струями с августовского неба, но ни одна капля не задевает волос. Как будто плотный вязкий кокон охватывает тело, отгораживая меня от тепла и света. В коконе этом нет ни холода, ни зноя, лишь пустота и темные ветры, движущиеся по спирали. Когда случилось это, в какой момент ушло такое важное умение летней жизни? И все ее приметы стали вызывать лишь грусть и отчаяние – ребенок бежит и бежит за яркой бабочкой, и машет сачком, бьет им по стеблям и цветам, но все мимо, и смех его постепенно смолкает и сменяется обидой и слезами, а потом усталостью и недоумением. И он опускается на траву, раскинув ноги в стороны, и глядит в пустой сачок – упустил.
Read more...Collapse )

Feb. 12th, 2015

Неаполитанская Роза

В последнее время стали важны какие-то мелочи. Те, что раньше лежали по углам и полкам, прятались в шкатулках и ящиках комода, те, что брались раньше бездумно, использовались по назначению, и, не окрашенные воспоминаниями, возвращались на место. Теперь же щетка для волос дрожала в сморщенной руке: чудился яркий апрельский день, когда они шли по уличному рынку на via Pignasecca, чтобы купить ее отцу подарок в честь знакомства, и она чуть оступилась – поскользнулась на каком-то давленном фрукте и вдруг почувствовала поддержку его напрягшейся мышцами руки. Руки, которая могла быть игривой и ласковой, как котенок, но могла быть опасно наполненной первобытной силой горячего южного мужчины. Повиснув на мгновение на этой руке, она сохранила равновесие и столкнулась с его насмешливым взглядом – обесцвеченные солнцем, темные его глаза показались бледно-желтыми, цвета апельсинового меда. Мир замер, подернулся солнечной пылью, голоса и шумы отлетели прочь, время замедлило свой ход, увязнув в липкой медовой колее, но резкий крик уличной торговки вонзился в уши, и она встряхнула головой, еще больше разметав по плечам черные локоны. Та торговала щетками из конской щетины и роговыми гребнями. «Я куплю тебе, Роза, вот эту большую расческу, может быть, хоть она, наконец, справится с твоими кудрями». Его слова дрожали полунамеками, глаза улыбались все больше и больше. Этот день тридцатилетней давности во всех подробностях до мельчайших крупиц всплыл в ее памяти неожиданно, навалившись на плечи тяжелым мешком, она резко выдохнула и осела в кресло, давясь слезами и сжимая резную ручку забытой в дальнем ящике щетки…
Read more...Collapse )

Sep. 2nd, 2014

Наваждение, или Не прикуривайте женщинам на бульварах.

Самый первый раз это произошло у филипповского особняка на Яузском бульваре, куда он, опоздав на полчаса, пришел на встречу с В., уже внутренне чертыхаясь от того, что согласился на эту встречу. Тут все было ясно и определённо – с В. он провел ночь четыре дня назад и, зная натуру таких цепких маленьких брюнеток, он понимал, что всё теперь отмерянное им на двоих время он будет сопротивляться, скрежеща зубами и напрягая мышцы рук, этим тискам, в которые положено ему уместиться, обездвиженным и обезволенным: биологические часы В. тревожно били тридцать первый год. Он бы мог скрыться, раствориться в плотной московской толпе, никогда больше не встречая, разве что случайно, этих истеричных темных глаз, но глупость, совершенная им в момент подпития, была чудовищной: В. являлась его коллегой по работе. Если бы ему захотелось вдруг сильно отклониться назад на своем рабочем кресле, при этом максимально потянув спину и выворотив голову направо, за стеклянной перегородкой метрах в двадцати от себя он увидел бы ее конский хвост, но проделывать подобные трюки в голову ему не приходило.
Read more...Collapse )

Mar. 19th, 2014

Простыни

Они сопровождают нас с рождения до смерти, в болезни и в здравии, от заката до рассвета, их прикосновения способны убаюкивать и возбуждать, вбирать без следа горькие капли слез обманутой жены, промокать влагу с тел любовников, впитывать пот мечущегося в горячке больного и стремительные ночные жидкости подростка. Это мог бы быть скандальный рекламный текст какого-нибудь мещанского магазина постельного белья, но нет, это горький рассказ о том, как безмолвные свидетели все же дают свои показания, решая судьбы живых.
Read more...Collapse )

Nov. 5th, 2013

Чертов Ноябрь

«Шур-шур-шур, шшшшш, шшшшш – мыши бегают в подполе, мыши ищут еду. Не буду слушать мышей, надену шапку и пешком дойду до города. Шагаю, загребая снег ногами, в кармане шуршат бумажки. Бумажки – значит, будет пища и питье».

Привычка владеет человеческим разумом намного больше, чем можно себе представить. Минимум четверть своего суточного времени человек проводит, исполняя свои ритуалы, за это он получает иллюзию жизненного равновесия, он, покачиваясь, спокойно плывет на своей утлой лодочке по жизненному времени, а где-то впереди, далеко-далеко, слышен шум водопада, но водопад еще столь отдален, что шума-то и нет на самом деле. Все лодки рано или поздно подплывают к краю. Но говорят, есть те, чьи реки впадают в море.

Read more...Collapse )

Sep. 20th, 2013

Лесная Отшельница

Она жила там с незапамятных времен, так, что никто и не помнил уже, сколько ей лет. Но ведь и все люди тогда жили долго и многие десятилетия сохраняли молодость лица и тела, лишь глаза могли выдать возраст, если слишком много они повидали – на дне их накапливалось великое знание. Но ее глаза молчали, они смотрели вглубь, а не вокруг, как все глаза другие. Спокойный ее взгляд ни единый всплеск не нарушал, ни волнение. Зелены глаза были, как смарагдовая вышивка на ее белом платье. Она ходила босая, но ни упавшие ветки, на хвоя, ни шишки не ранили ее ступней. Волосы ниспадали ниже колен и отливали то серебром, то золотом – под светом то Луны, то Солнца. Read more...Collapse )

Previous 10